20 августа 2012 г.

Новости / Вячеслав Позгалёв: «Вступление в ВТО сопряжено со многими проблемами, но сулит большую выгоду»

23 августа можно считать так называемым «днем икс» для всей российской экономики. Наша страна становится полноправным членом Всемирной торговой организации. Все 18 лет, пока продолжались переговоры, и даже сейчас, когда вопрос, казалось бы, решен, не утихают споры по поводу того, благо это для нас или нет. Одни эксперты приводят проценты ежегодного роста ВВП и приток инвестиций, которые сулит ВТО. Другие, напротив, предсказывают крах отечественному сельскому хозяйству, легкой промышленности и машиностроению. Обо всем этом мы говорим сегодня с депутатом Государственной Думы от Вологодской области Вячеславом Позгалёвым.

Шоковая терапия

- Вячеслав Евгеньевич, к какому лагерю - сторонников или противников вступления в ВТО - вы относитесь, и почему?

- Я согласен с теми аналитиками, которые видят преимущества вступления во Всемирную торговую организацию, согласен и с теми, кто видит недостатки. Почему я принял решение голосовать за ВТО во время ратификации соответствующих документов в Госдуме? Попытка России построить рыночную экономику в конце прошлого и начале нынешнего века, рассчитывая только на свои собственные силы, показала, что в современном мире с сильным разделением труда сделать это в одиночку невозможно. Даже такая сильная держава, как Китай, была вынуждена вступить в ВТО. Я проработал большую часть своей жизни - 29 лет - на металлургическом комбинате. Затем еще 20 лет - в политике. Я знаю, что никакими директивами добиться экономии тех же энергоресурсов невозможно. Я был начальником участка, начальником цеха, заместителем директора предприятия и помню, как каждый раз государство устанавливало планы по сокращению потребления электроэнергии. Даже платило за это премии! Однако так и не добилось энергоэффективности отечественной промышленности. П
о-прежнему наши энергозатраты в 5-7 раз выше, чем в европейских странах. Сколько ни устанавливались планы по внедрению новой техники, сначала СССР, а потом и Россия как была, так и осталась слабой промышленной державой. Исключения составляли разве что предприятия ВПК и космической отрасли. Но и там в конечном итоге мы начали отставать. На одном административном ресурсе и энтузиазме современную промышленность никогда не построить! Только конкуренция, соревнование между технологиями и отраслями может дать определенный результат.

В советское время, по подсчетам экономистов, наше сельское хозяйство пережило несколько десятков реформ. Но создать современное сельхозпроизводство нам так и не удалось. Если в США 3% населения обеспечивают продовольствием полмира, то наши 33% сельского населения не могли прокормить собственную страну. И в конечном итоге мы импортировали зерно и продовольствие. Только конкуренция, которая в известной степени будет шоковой, сможет изменить ситуацию. В русском фольклоре есть целый ряд пословиц типа «пока гром не грянет - мужик не перекрестится». Мощная индустриализация в 20-30-е годы прошлого века стала итогом Гражданской войны. То есть страна пережила мощный шок. Великая Отечественная война - снова шок, которого стране хватило на 10-15 лет. В мирное время экономика страны начала загнивать. Только шоковое состояние экономики может дать результат. Даже сейчас в Вологодской области есть предприятия, которые готовы работать на мировом рынке. Несмотря на то, что производительность труда наших металлургов пока остае тся ниже, чем у тех же американцев, но по качеству продукция, которую они производят, вполне конкурентоспособна. И «Северсталь» выходит с ней на мировые рынки. Химики провели серьезную модернизацию, никто им тепличных условий не создавал. И, в конце концов, создали предприятие, конкурентное на мировом уровне. Но и металлургам, и химикам сегодня мешают экспортные пошлины, которые повышают цену на их продукцию. Поэтому для «Северстали» и «ФосАгро» вступление в ВТО - это благо. Целый ряд предприятий ЛПК, внедрив глубокую переработку леса, готовы конкурировать с аналогичными производителями на мировых рынках. Сегодня им тоже мешают экспортные пошлины. Наши сельхозпроизводители могут работать на мировых рынках, выигрывая за счет высокого качества своей продукции, ее экологической чистоты. Но нас не пускают на мировые рынки. На международной выставке сельхозпродукции «Зеленая неделя» в Берлине неоднократно спрашивали о том, почему вологодского масла нет в Европе. Нас туда не пускают именно потому, что мы находимся вне мирового клуба производителей, насчитывающего сегодня порядка 150 стран. Мое твердое убеждение - все предшествовавшие 18 лет не нас туда не пускали, а мы не хотели. Препятствия для вступления в ВТО создавались у нас, внутри страны. Со вступлением в этот международный клуб придется обороты работы прибавить, а кому-то - ее лишиться. Но лучше государство позаботится о тех, кто работать хочет и может, но им не дают, чем будет продолжать финансировать тех, кто работать и не хочет, и не может.

Благодушию места нет

- Не так давно на встрече в Общественной палате вы сказали о том, что в Госдуме накануне голосования по ВТО кипели страсти, а у нас в области царит тишь и благодать. Что вы под этим подра­зумевали? Какие риски может нести ВТО? Ведь это не только открывает рынки, но и ужесточает конкуренцию.


- Вступление России в ВТО сопряжено со многими проблемами, но сулит большую выгоду. Если мы хотим догнать ведущие мировые экономики, то должны чем-то поступиться. Но при этом не бросать людей на произвол судьбы, а продумать для каждой отрасли механизмы поддержки.

Россия получила определенный временной промежуток для адаптации к новым условиям. На поддержку аграриям в ближайшие годы преду­смотрены около 8 миллиардов долларов. Если брать сельское хозяйство Вологодской области, то можно выделить три группы хозяйств. Первая - те из них, кто уже сейчас могут войти в ВТО, вторая - могут войти, если им помочь, и третья группа - те сельхозпроизводители, которые никогда не смогут вый­­ти на мировые рынки. Поэтому последним уже сейчас надо подумать над тем, чем они смогут заняться в дальнейшем. Лесопереработкой, народными промыслами, личным подсобным хозяйством… Дотации, которые сегодня распыляются между сильными и слабыми хозяйствами, надо отдать второй группе сельхозпроизводителей. Но под конкретные планы техперевооружения и повышения конкурентоспособности. В оставшиеся пять-восемь лет переходного периода необходимо дойти до каждого хозяйства и разработать программу его поддержки. Потом делать это будет поздно. Точно так же - и для каждого предприятия. У нас еще есть предприятия с устаревшим оборудованием, с низкой квалификацией рабочих. И там даже стены сохранять не надо. Практика показала, что развивать новые производства в старых стенах стало невыгодно. Сегодня гораздо эффективней строить в чистом поле. На Вологодчине есть конкретные примеры, скажем, развития льняного производства. Хорошие предприятия и технологии. Но в условиях старого цеха очень сложно говорить о его эффективности.

Сегодня власти необходимо подумать не только о судьбе каждого предприятия, но и о социальной защите людей, чтобы в случае если они лишатся работы, им помогли бы найти новую или защитили бы от превратностей рынка. Те же, кто вырвется на свободу, работая с большей эффективностью, смогут добиться и большей прибыли. Отсюда появятся деньги для того, чтобы восполнить потери, которые возникнут от вступления России в ВТО. Плюс нужна серьезная разъяснительная работа и переподготовка кадров.

Вступление в ВТО при нынешнем благодушии Вологодской области пережить будет очень трудно. Если мы не знали о надвигающемся кризисе 2008 года, он пришел неожиданно, то вступление в ВТО - ожидаемо, понятно и известно. Поэтому надо уже сейчас сделать так, чтобы люди понимали, что нужно серьезно заниматься перевооружением, подготовкой персонала. Время на это есть. Впереди несколько лет переходного периода. Но лежать на печке нельзя. Это благодушие должно сейчас уйти из сознания людей. Мы все завидуем тому, как хорошо люди живут на Западе. Но там, в условиях жесткой конкуренции, они живут уже не одну сотню лет. И если мы хотим жить по-капиталистически, то тоже должны в несколько раз увеличить свою производительность труда, повышая при этом качество работы.

Кто может пострадать?


- Вячеслав Евгеньевич, в результате длительных переговоров Россия смогла «выторговать» для себя длительный льготный период. Сегодня в Правительстве области говорят и о мерах поддержки реального сектора экономики, и сельского хозяйства, и лесной отрасли на региональном уровне. Тем не менее, как вы считаете, какие отрасли могут пострадать в первую очередь?

- В первую очередь - сельское хозяйство. Следом - машиностроение. Третьим идет строительный бизнес. В свое время мы начали проводить политику строительства малоэтажного жилья. Сейчас на этом рынке работает масса мелких предприятий. Конкурировать с иностранными компаниями им будет сложно, они работают лучше, эффективнее и дешевле. Конечно, определенные проблемы могут возникнуть и у лесников. У тех, кто работает по старым технологиям заготовки и переработки леса. «Вздрогнет» и жилищно-коммунальное хозяйство. Тарифы на энергоносители и ресурсы должны будут подняться до мировых цен. Поэтому уже сегодня надо думать об энергоэффективности в ЖКХ. Не джипы покупать и коттеджи себе строить должны руководители управляющих компаний, а деньги, собранные с жильцов, вкладывать в реконструкцию жилого фонда.

- Вячеслав Евгеньевич, вы возглавляете экспертный совет по развитию малого и среднего бизнеса в промышленности. Рассматриваете ли вы последствия вступления России в ВТО непосредственно для МСБ?

- Малый бизнес выиграет, поскольку он более мобильный и подвижный. Но в этом вопросе очень важна роль государства. Власти необходимо раз и навсегда определиться: поддерживать малый бизнес или нет. Пока государство находится в неустойчивом состоянии: больше разговоров, а не дела… С одной стороны предпринимаются шаги по поддержке предпринимательства, с другой - бизнес душат повышением страховых взносов и ужесточением административных барьеров… Если, скажем, в США разрешение на строительство можно получить в течение 28 дней, то в нашей стране по отдельным субъектам Федерации на это уходит до 500 дней. У нас в Вологодской области для согласований раньше требовалось около 350 дней, потом удалось снизить сроки до 150. Но все-таки эти полгода предприниматель вынужден обивать пороги, чтобы решить свой вопрос. Какой уж тут бизнес! Поэтому более страшными для нашего бизнеса являются не дороговизна кредитов, не налоги, не вступление в ВТО, а именно административные барьеры. Самый яркий пример - биотехнологический завод в индустриальном парке «Шексна». Были взяты кредиты на завершение его строительства, но за счет всевозможных барьеров и крючков его пуск задержался на год. Все это время предприятие, не производя продукции, вынуждено выплачивать кредиты. Таким образом, оно уже изначально загоняется в долги. Поэтому снижение административных барьеров - это гигантский резерв для развития всей нашей экономики.

Алексей ТРЕТЬЯКОВ

Газета «Красный Север», №152 (26 932) / 17 августа 2012 года

blog comments powered by Disqus